a postal dude
i am the lizard king
06.05.2012 в 04:27
Пишет Будни польского кочегара:

Кусочек сказа о том, как Костя женой стал или отыгрыш с "Еды"
А мне похуй, я ем на ночь и меня прет) Если фор сотрется, пусть хоть тут оно останется, ибо оно того стоило)


\Название\
Viva Las Vegas!
\Временной промежуток\
Ну, думаю, события, описанные здесь, происходили приблизительно год назад.
\Участники\
Сэт Картер (алкоголик), Костя Падалецки(топ-модель).
\Краткое содержание\
А что, из названия еще не понятен сюжет и суть того, что будет здесь отражено? Эх-эх-эх, стара как мир легенда о рае на земле, цитадели развлечений и азарта, звона монет и ярких огней, веселья и вседозволенности.
Все по сценарию - тигры, кольца от лимонок, наволочки, джакузи с шампанским и красноречивое "НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!" на весь квартал. Потому что проблемы с документами - это проблемы, оказывается, не только того, у кого с ними проблемы.
Стеб, бред, мракобесие.





Убегая по бесконечным коридорам с портретами немецкого фюрера, Сет с досадой отметил две вещи.
Во-первых, манящая зелёная дверь была заперта.
Во-вторых, гнавшийся за ним оборотень мигнул цветастыми диодами и достал из-за двухмерной спины вполне себе 3D лазерную пушку. И пальнул на поражение.
В глазах зарябило и защипало; резь с каждой секундой становилась всё невыносимее… И неизвестно, чем бы закончилось это трагическое противостояние, если бы вконец обезвоженный организм охотника не решил проснуться.
Выворачивающий душу лазер оказался бьющим в глаза лучом солнца, некстати образовавшегося в небе в жалкие шестнадцать часов утра. Оборотня не было и в помине – это определить едва теплившееся сознание ещё более-менее могло. В остальном положение оставалось непонятным; возможно, прояснить хоть что-то помогло бы раскрытие глаз на этот грешный мир, но любая попытка привести в движение налитые свинцом веки отдавалась тошнотой, болью и явлением кислотно-зелёных фракталов мозгу.
Вдобавок, дышать было жарко и душно.
Тело по имени Сет Джонатан Картер издало невнятный стон и ощупало то место, где у нормальных людей (кто оно такое, тело судить бы сейчас не взялось) голова. Голова оказалась хлопчатобумажной, бесформенной и неподъёмной. Кажется, всё тело состояло из одной только головы.
Я головастик?!
Кромешный ужас, который породила эта мысль, заставила, путаясь в тканевом отростке тела, извлечь себя из кокона. Ценой неимоверных усилий и нечеловеческих размышлений, а, говоря проще, наощупь с похмелья, было установлено, что голова цела и человечна, просто находилась в наволочке.
Pil-low-ca-se. Какое длинное слово, звучит, как колыбельная.
Не спать.
Ну пожалуйста.
Найди воду.
Рука упала на прежнее место, по монументальности крушения уступая только башням-близнецам. Поползла с возвышения, которое Сет про себя уже успел самонадеянно назвать кроватью, попутно сшибая что-то стеклянное и звенящее. Бутылки! В бутылках есть вода!
Here's to alcohol: the cause of, and solution to, all of life's problems.*
Эйфория не кончалась, пусть даже вода на поверку оказалась хорошо прогретым выдохшимся пивом. Сет осмелел настолько, что открыл глаза. Точнее, думал, что открыл: узость кругозора предстала перед ним в буквальном смысле. Осторожно повернув голову, справившись с приступом тошноты – спасибо, недавнее пиво, - попытался разглядеть обстановку.
Обстановка выглядела мирно – как земля после ядерного взрыва.
Основным компонентом обстановки являлся, бесспорно, диопртиально размытый рыжий собрат по несчастью, боевой товарищ по имени Кон… Конст…
Неважно, как его там звали. Надо было спасать товарища, пусть даже поднятие руки и толкание его в бок отдались радостным гудением во всех частях тела одновременно и очередной Сахарой во рту. Наволочка снова поглотила большую часть головы, видимо, вместе с остатком серого вещества, потому как вместо «эй-а-что-вчера-(?)-было?» ротовой аппарат выдал пару сиплых нот, которые в переводе на обычный английский звучали чем-то вроде «а пиво у нас ещё осталось?»
* (c) Homer Simpson


И создал Бог Падалецкого... Существо получилось тупое, но симпатичное.

Все фанаты роскошной игрушки на PlayStation Tomb Raider, что сутками напролет фапали на квадратную, нереальных пропорций и довольно суровой пейнтовской рисовки девушку, что бодро задирая голые коленки, мчалась по сугробам Тибета, из огромных пушек расстреливала штабеля врагов, суровым голосом вашей директорши говорила No, когда ключ не подходил и с кошмарным хрустом разбивалась насмерть, если ты не умеешь прыгать. Но это же счастье, ребят, это же нереально круто, правда, гонять Ларку по этим серым локациям, где враги сливаются с фоном в одно целое, собирать бесконечные аптечки, сохраняться только возле синих кристаллов и истекать слюной по не менее квадратным, но куда более ярким видеороликам между уровнями.
К чему это все? А, Костя, тот самый, что котоеб и лошадь Пржевальского, очень любил эту игрушку, да и до сих пор любит, чего стесняться. И прыгает он хорошо Ларочкой, и соображает куда идти, и стреляет метко. Плавает хреново, но это детали. А вода эта вся была к тому, что ощущение, будто бы Костя прыгал, взбирался на отвесные скалы, ходил по канату, ласточкой нырял в голубоватую воду, в которой он плохо плавает, стало уже настолько привычным, что в груди ничего не замирало предательски, как знаете, за две секунды до обморока. Будто бы в кораблике покачиваешься, вверх-вниз, прыжок слева направо, потом с разбегу и ухватиться кончиками пальцев за выступ. И как костя с такими сумасшедшими сиськами их себе не отбивает при таких прыжках?...
Одна из колонн храма Мидаса больно толкнулась в бок, от чего поляк сорвался и бесконечно полетел внииииз, попутно отмечая, что от падения начинает тошнить, ибо что-что, а желудок стремится избавиться от всего лишнего, перед тем как крайне не эстетично распластаться в лепешку. А потом падение закончилось ударом об очень мягкую поверхность, лишь неким онемением отдавая в ногах, особенно под коленями, будто перетянули жгутом их. Лежать было приятно, но тошнило и вертолетило так, что лучше бы дальше падать, чем вот так в темноте. Еще и мычание какое-то, то ли колонна возмущается. то ли Несси вылезла из болота...
Странно, я хотел пойти за ним по коридору, треснуть его по голове, но я так нажрался, что упаду если пошевелюсь.*
Эврика! Вот почему такие крылатые качели, все нутро просится побегать на воле, а открыть глаза настолько трудно. Но тем не менее, поляки не сдаются, и могут совершить невероятное - открыть ясны очи грешному миру и пожалеть об этом в ту же секунду. Нет, Падалецки даже осознал наличие фигуры на горизонте, даже проанализировал необычайно большую белую голову и решил, что это Пирамидоголовый, но испугаться и очень по-мужски заорать от ужаса не успел. Гейзер в пищеводе достиг своего апогея, охотника подхватила невиданная сила и развернула к краю кровати головой и свесило туда же, где тут же уткнулся зеленой рожей в колючие красные цветы. Не различая ничего и не осознавая себя в пространстве и времени, сын народа, некогда входящего в состав стран соцлагеря, выкинул роскошные голландские роз на пол и прижался ртом к горлу большой красивой вазы, в коей они стояли, чтобы крайне жалобно и громко изобразить извержение даже не Везувия, а целый, прости Господи, Эйяфьятлайокудля.
Едва не рухнув следом за ужином, Костя тщательно вытер губы свисавшим краем простыни, заглянул в темноту вазы и отпрянул, бессовестно затыкая ее обнаруженной под рукой подушкой, чтоб не истончала благовония. И только после этого вынужденного частичного протрезвления, вновь повернулся на спину, чтобы таки рассмотреть чудище коварное, с коим разделил постель. Вблизи это оказалось смутно узнаваемое тело с безобидной и даже миленькой наволочкой на голове. Беленькая. Костя заулыбался бледными и дрожащими губами.
- Кауоей шмшммшшш... - это изнасилованный польским похмельем английское словосочетание "какой смешной". Из-под наволочки виднелись красные волосяры, а когда Гюльчитай открыло личико сомнений не оставалось - собутыльник Картер, охотник, чье имя так и хочется исковеркать до Стасика, ибо несчастное "Костя" этот программер хренов может изнасиловать до неузнаваемости.
Честное слово, Костя так обрадовался что это кто-то из своих, а не Пирамидоголовый или нечисть какая, а то станется с него, рыжего. Он даже пытался захлопать в ладоши, но не попал, приподнялся на локтях и с нескрываемым шоком уставился на свои лапищи 45 размера - на высоченной платформе, прозрачной, как у стриптизерши и до колена тянулся белый латекс сапога на молнии, что, судя по всему, за ночь настолько передавили несчастному Юрьевичу ноги, что можно уже сейчас ампутировать.
В такие минуты главное не дрейфить, собрать волю в кулак, не заплакать, а лишь страдальчески посмотреть на собрата по несчастью и одним лишь выражением зеленой, помятой и крайне жалостливой рожи промычать вопросительно:
- Уо быуо?..
И было ли?
И где было?
Какой сегодня год?
Что он вчера ел такое отвратительное?
Но на все эти вопросы силы не хватило, а покрасневшие от полопавшихся капилляров глаза с ужасом разглядывали незнакомую обстановку и творящийся вокруг бардак.

*SCRUBS


Зверски хотелось воды. Бочку. И головой туда.
Звуки опустошающегося желудка были встречены организмом Сета на редкость восторженно. Кажется, он даже желал присоединиться.
Даже помятый похмельем рунглиш соседа на могли избавить внутренности от счастливого желания вывернуться куда-нибудь в сторону пола.
Мужественно подавив это восстание, Сет решился-таки совершить сразу череду телодвижений:
стащить с головы злосчастный подушечный чехол, приподняться, открыть глаза чуть более чем полностью.
Комбобрэйкер!
С трудом наведя фокус, Сет проклял всё на свете. В алфавитном порядке, от A до Z, а потом в обратном на всякий случай.
Тело польского происхождения – Кон-стан-тайн! – было мало того, что в состоянии бедственном (в этом они были схожи, впрочем, примерно как индийские Зита и Гита), так ещё и было обуто в совершенно непотребные сапоги женской наружности, мужского размера.
Мысли одна страшней другой поразили мозг охотника, заставив тот встрепенуться и включить голосовое управление, так что обратно на кровать Сет падал уже с почти членораздельной фразой «О, эти странные русские».
Да, ему тысячу раз твердили, что Польша – не Россия, а вообще какая-то неведомая отдельная страна, но это не могло перебороть генетически заложенного в большую часть американцев знания. Каждый раз, когда при Сете употреблялись слова навроде «Belorussia, Ukraine, Poland», он нетолерантно махал рукой: «А, это где-то около России?».
Взъерошив рукой волосы, местами влажные, местами липкие, Сет отвернулся от явления Дивы народу и внезапно уткнулся носом в тёплый мягкий полосатый бок. Жизнь не просто пронеслась перед глазами, она заметалась взад-вперёд как подстреленная куропатка.
Отпустило только тогда, когда бок был ткнут, не отреагировал и вообще оказался плюшевым. Огромным плюшевым тигром с тошнотворно-розовым сердцем в лапах. На сердце было выведено «Just Married», я рядом болталась бирка с ценником: $ 500.
- Где это мы умудрились свистнуть?
Где-то около этого момента он и решил совершить самое разумное за сегодняшний день: воззвать к памяти. Но единственное, что сейчас плавало в бездонном её омуте, чистом, как диск после форматирования, было то, что им вчера было жуть как весело.
Что же они пили, и по какому поводу – в таких количествах?
Ладно. Начнём с начала.
Полотенце с витиеватым «welcome to Vegas». Что это даёт? То, что Сет откуда-то знает, что от Портленда до Вегаса – двое суток сплошного пути, если вести машину по очереди.
You got to be fuckin' kidding...
А ещё где-то на задворках сознания бьётся мысль, что ему крайне не везёт ни в покер, ни в рулетку, ни в автоматы, а недавно, вроде, повезло, но почему-то он не слишком этому обрадовался. Сначала. Кажется.
И ещё одна мысль – эта уже стучит по макушке и шуршит угрожающе, как гремучая змея: «никогда не мешай абсент с аперитивами».
Или нет, это было всё в каком-то фильме, а о своей жизни он вообще ничего не помнит. Великий логик с похмелья – беспомощней котёнка, которому поручили доказать теорему Пифагора.
Глаза начинают невольно обшаривать комнату. Батареи бутылок, цветы, какие-то не совсем понятные (совсем непонятные) плюшевые игрушки, разбросанная одежда, причём, кажется, даже и не их вовсе. Бычки от сигарет, уж точно инородный бюстгальтер (мысль «хотя…» - и косой взгляд на Падалецки). Остатки еды на тарелках. Не хватало только торта для стриптизёрш, но Сет был уверен, что, если поискать достаточно хорошо, и его обнаружить в этом хаосе можно.
Кажется, когда-то кто-то сказал кому-то, что жить в Америке и не побывать в Вегасе – это не дело. Что за идиоты были эти двое?
В задумчивости проворачивая на отёкшем пальце невесть откуда взявшееся кольцо, Сет набирается-таки мужества обернуться (точнее, "не очень элегантно перекатиться лицом по направлению") к рыжеволосому монстру на кровати, и, закатив глаза, просипеть куда-то скорее в потолок.
- Ладно, Шерлок. Ты же не можешь ничего не помнить?


Говорят, что на выезде из Лас-Вегаса, прямо на вывеске есть фраза "все что произошло в Вегасе, остается в нем".
Костя этого не помнил. Он вообще ничего не помнил и страдальчески переводил взгляд со своих бритых ног в белом латексном извращении на полотенце с прыгающими буковками, что сложились в слова, которые должны были внести ясность в происходящее, а главное, в произошедшее. Не приносили, это печалило, а сидящий рядом пирамидоголовый, точнее, наволочкоголовый товарищ по несчастью беспокоил сейчас только по одному параметру.
Было чо?
А если было, то понравилось?
Нет, как уроженец далекой и непонятной Рoland, Падалецки не видел в каждом мало-мальски привлекательном человеке объект для удовлетворения плотских потребностей, коих молодой, здоровый, метросексуальный организм, естественно, требовал. Да и, между нами, братьями-славянами, не был Картер таким уж красавцем, а еще, как все тупоголовые америкосы, не понимает, что Польша это не Россия. Но не это сейчас актуально.
Как можно было в таком положении, охотник прислушался к ощущениям. Хм. Болело все, так что тест на ощущения провален и ничем не поможет, едем дальше.
Единственный предмет одежды у Сэта - наволочка, которую он уже снял, а сейчас пугается плюшевого тигра. Срань Господня, да он размером с Китай. Единственный предмет одежды на Костике - сапоги стриптизерши 45 размера. Хм. Надо будет деликатно намекнуть ему, мол, сударь, а не помните ли вы, когда отправилися мы на боковую, меж нами был положен острый меч?
- Сэт, мы трахаться?
Молодееец. Грамотно и доступно.
Ладно, отставить детские игры, мы все серьезные взрослые голые мужики, мучающиеся диким похмельем и единственное что у нас есть, это много цветов, мягких игрушек и пустые бутылки, тут еще коллега подал голос, а Костик, благо что проблевался и чувствует себя чуть-чуть уверенней в пространстве, тупо уставился на это зелено-красное нечто.
Кость. Тебе же не нравятся крашеные.
На вопрос товарища он лишь вяло улыбнулся и заерзал, ибо жопу давно что-то покалывало. Извлекая на свет божий какую-то белую тряпочку-сеточку то ли с ободком, то ли с диадемой погнутой, поляк не нашел ничего лучше, чем парадным шлемом нацепить это на красную голову умирающего друга.
- Нет. есть предположение, что это ад. Ибо только в аду так, suka, ссать хочется!
С этими словами рыжий собрал волю в кулак и свесил ноги с края кровати, едва не уронив злосчастную вазу. Наступил обутыми в дикую платформу ногами на разметанные розы, успел подумать, что, пожалуй, это романтично, а потом быстро вцепился в простынку и встал, обматываясь ей. Нет, мы не скромняжки, но мало ли, вдруг ничего не было? неловко получится, коллега же.
Иииииии уноооосит меня, и уноооосит меня, в звенящую снежную дааааль!
Жуть как все закружилось, но мочевой пузырь был готов вот-вот лопнуть и поляк, шатясь, как пьяная пизанская башня ростом в два метра, как прикрывший срам Аристотель на ходулях топая как сатир из Нарнии, медленно, но уверенно побрел искать ванну. По дороге отмечая увиденное, пусть и двоилось все нещадно.
- Ты не знаешь где тут сортир? Ух ты, торт... Из таких обычно бабы выпрыгивают... О, аквариум! Большой какой.. - потом остановился возле стойки, на которой бодро стоял сверкающий тостер, в который кто-то засунул тапок, и что-то легко пнул своей ходулей. - Тут кто-то лежит и я не знаю, жить или не жить.... СОРТИР!
С ревом мамонта в брачный период, Костя протопал к заветной двери, врубившись в нее рожей, ибо равновесие удерживать было непросто и громко хлопнул за собой дверью.
Минут через 5 медленно и осторожно вышел, весь белый, как огромный рояль на полкомнаты, перевязанный алым бантом. Прижимая к груди простынку, закрыл дверь за собой он едва ли не модельно. но громко топая платформой вернулся к кровати и сел, продолжая прижимать простынку к себе. Глаза при этом были дико честные, напуганные и трезвые, а само лицо белее простыни.
- Крокодил в ванной.
пауза. Долгий, внимательный взгляд в глаза. Был бы интимный, если бы глаза оружейного барона не стремились перепрыгнуть через брови.
- Не плюшевый.
пытаясь перекреститься, Костя поднял правую руку и что-то заставило его отвлечься от жеста. на опухшем пальце тускло поблескивало кольцо, но Костя хоть и пидорва позорная, однако колец почти не носит.
Ой, маникюр пора делать, ногти какие неровные, мм..
- Стоп.
Другой рукой Падалецки схватил товарища за ладонь и бесцеремонно дернул на себя, разглядывая его кольцо на том же пальце что и у себя.
- Аээммм...
Сэту идет это белое...
ФАТА!!!!!!!!!!


эх))))

URL записи

@темы: будни бэдгаев, епкуська, трава, трава, трава и ПАСТА